Татьяна Ходакова
“Вместе невозможно и врозь никак”
(Максим Леонидов)
Отношения в стиле “вместе невозможно и врозь никак” — это отношения, в которых мы страдаем больше, чем счастливы, в которых мы заботимся об отношениях вместо того, чтобы наслаждаться ими. “Над отношениями надо работать” — фраза, которую обычно используют партнеры (чаще один из них), как раз служит первым звоночком о том, что отношения развиваются по принципу зависимых.
В нашем культурном пространстве есть много мифов о любви в отношениях, которые мы познаем в сказках, в реальных историях через наших родителей, в песнях, в романтических фильмах, в художественной литературе и которые мы сами создаем в своей голове через наши фантазии о свадьбе и браке. И большая часть таких историй предполагает в дальнейшем развитие любовных зависимостей.
Вот некоторые примеры убеждений, которые служат основой для формирования зависимых отношений:
- Быть близкой — значит потерять себя.
- Муж/жена не должны знать о моих недостатках.
- Я должен/должна быть опорой для своего партнера, поэтому мне нельзя быть слабой/слабым.
- Мы никогда не должны ссориться.
- Если что-то не так, то это только моя вина.
- Мы в отношениях должны полностью друг другу доверять.
- У нас не должно быть секретов друг от друга.
- Мы должны инстинктивно угадывать желания партнера.
- Мы будем неразлучны, мы все будем делать вместе.
- У нас должны быть только общие друзья.
- У нас должно быть общее хобби.
- У нас всегда должен быть классный секс.
- Муж/жена — самый важный человек на свете.
- Я не должен/должна обращаться к партнеру за помощью и т.п.
Основываясь на схожих к перечисленным убеждениях формируется “романтическая картинка” в голове, которая будет “рулить” и заставлять нас делать то, из чего развиваются зависимые отношения — искажать реальность.
Итак, любовная, или эмоциональная, зависимость — это вид деструктивных межличностных отношений, при котором один человек идеализирует другого, пытается слиться с ним в единое целое и испытывает сильные страдания при невозможности быть вместе. Другими словами, любовная зависимость это состояние, когда настроение, ощущения, аппетит и даже жизнеспособность зависят от другого человека.
Любовная зависимость, наркотическая зависимость, алкоголизм, игромания, трудоголизм и прочее — это все вещи одного порядка, это зависимости.
Создавать зависимые отношения — это чаще всего женские истории. По нашей природе, по нашей культуре, по тому, как нас воспитывают, мы, женщины, больше склонны впадать в любовные зависимости.
![](https://www.coffeetimejournal.com/wp-content/uploads/2024/07/image-5-16-1024x683.jpg)
Это не значит, что мужчины более независимы, это значит, что у них чаще наблюдаются другие объекты зависимости. Например, трудоголизм — это та же любовная зависимость, только любовь не к женщине, а к работе. Или алкоголизм — эта та же любовная зависимость, при которой человек “любит” алкоголь и т.д
В ситуациях любовной зависимости человек проходит те же самые циклы, ощущает те же самые симптомы, которые проживаются в случаях остальных зависимостей.
Самый известный всем симптом, который проживает зависимый это — “ломка” (то же, что абстинентный синдром — физические и психические расстройства, развивающиеся у больных наркоманией и алкоголизмом спустя некоторое время после прекращения приема наркотика, алкогольных напитков или уменьшения их дозы).
В случаях любовных зависимостей, когда “удаляется” объект зависимости, человек чувствует “ломку”, которая ощущается физически как боль и нехватка чего-то важного. Из-за невыдерживания “ломки” зависимые отношения превращаются в цикличные — вот мы расстались, а вот мы снова вместе и так по кругу.
Как при наркотической, так и при любовной зависимостях первое, что необходимо сделать, это отстраниться от объекта. Пока речь не идет о том, что надо рвать отношения с человеком, рядом с которым у вас развилась любовная зависимость. Под отстранением подразумевается выход (на уровне осознанности) из этой прочной связи, в которой мы существуем с партнером. Выйти и посмотреть на отношения со стороны. Мы можем продолжать жить вместе, но при этом я могу отстраниться и посмотреть, что ты из себя представляешь на самом деле. Потому что корень любовной зависимости — искажение реальности. Выйти из “слияния” с партнером и посмотреть, что же есть на самом деле в наших отношениях? И тогда, возможно, например, “романтичный мальчик” 26 лет, “ищущий себя”, может оказаться при ближайшем рассмотрении лодырем и бездельником, инфантилом, который выбирает для себя отношения, связанные с его обеспечением. Или, если женщина честно посмотрит на мужчину, у которого такая “напряженная” работа, связанная с управлением людьми и предполагающая на переговорах крепко выпивать (потому что так принято), то есть возможность обнаружить, что она живет с алкоголиком.
Искажение реальности в зависимых отношениях начинается очень быстро, практически с первых минут знакомства. Например, вы встретили мужчину, провели с ним несколько часов после знакомства и разошлись по домам. Если вы при этом продолжаете еще долго о нем думать, то по какой-то причине этот человек стал центром вашего мира — вы не можете переключить мысли на свои дела, вы фантазируете о дальнейшем развитии ваших отношениях, вы начинаете задавать внутри себя вопросы типа: “а понравилась ли я ему? а не сказала ли я лишнего? а что он обо мне подумал? а захочет ли он увидеть меня снова?”
Такое проявление — первый звоночек, оповещающий о склонности к построению зависимых отношений.
Почему так происходит?
Потому что в зависимых отношениях мы так или иначе воспроизводим модель отношений, в которых мы жили, когда были маленькими.
Есть то, что называется незавершенным гештальтом или эффектом Зейгарник. Если кратко, то суть такого феномена в том, что незавершенные действия запоминаются, а завершенные забываются, т.е. если мы чего-то не доделали, то мы будем об этом помнить — так работает наша психика.
Если мы в своем детстве, общаясь с родителями и находясь с ними в отношениях, не получили того, что было для нас важным и нужным, то отношения, похожие на такие, станут для нас сверхважными и сверхзначимыми, а значит зависимыми. Нам будет казаться, что без этих конкретных отношений мы не существуем, мы не можем жить без этого человека, а все потому, что он похож на наших родителей. Похож не внешне (хотя бывает и внешняя схожесть), а своим проявлением вызывает в нас схожие ощущения, которые мы испытывали в первичных отношениях в детстве.
Так, например, в нашем детстве отец мог быть отстраненным — это самая частая история в нашем культурном пространстве. Отстраненным в том смысле, что он мог быть трудоголиком или алкоголиком или просто эмоционально холодным человеком. У таких отцов не устанавливаются со своими детьми эмоционально наполненные отношения, в которых бы дочь (если мы говорим о женщинах) ощущала себя принятой, долюбленной, ощущала, что ею восхищаются только потому, что она есть. И подвох в том, что, вырастая, мы не ищем человека, который способен это все дать, чтобы мы смогли получить и психика бы удовлетворилась. Психика работает не так! Мы ищем человека, который будет таким же отстраненным.
Смысл гештальта (завершенного действия) не в том, чтобы получить заботу, внимание и любовь от включенного человека, а в том, чтобы добиться их, наконец-то, от эмоционально отстраненного от нас человека.
Информация о том, что перед нами именно такой отстраненный человек, считывается в первые минуты знакомства. Информация бывает разной — это и то, что мы говорим, и то, как мы говорим, и то, как мы звучим (интонации), и то, что мы делаем и как мы это делаем, т.е. передаем вербальное и невербальное сообщение другим людям. Таким образом, с первых минут знакомства мы можем представить, какими будут отношения в дальнейшем.
Возьмем пример, когда девушка на вечеринке случайно толкнула мужчину в баре, а он в ответ ее тут же “обматерил”. К концу вечера она поехала к нему домой и осталась у него жить. Она выбрала из всей толпы человека, который дал ей конкретное послание о том, как он будет к ней относиться: “Я буду с тобой груб, я буду тебя унижать, а ты будешь обо мне заботиться”.
Нормальная реакция со стороны девушки была бы отстраниться, но нет, ведь его поведение — это именно то, что ей нужно, потому что ее родители к ней относились именно так, и у нее есть “незавершенное” переживание, незакрытый гештальт, который ее психика стремится, наконец, завершить и успокоиться.
Таким образом, девушка выбирает такого конкретного мужчину, разворачивает с ним достаточно травматические отношения, естественно, так ничего от него не добившись, поскольку невозможно получить любовь и принятия от того, кто не способен на такие проявления. А ей именно такой человек нужен, потому что он такой, как ее отец.
Еще пример, когда на вечеринке все ведут себя адекватно, кроме одного, который сильно напивается, нарывается на неприятности, буянит и норовит влезть в драку. И рядом обязательно кто-то окажется, кто будет его защищать. Кто-то увидел эту модель поведения и “зацепился” за нее как за крючок. Какая-то девушка с незавершенным гештальтом отца алкоголика, которого нужно защищать от ругани матери, мгновенно отреагирует на послание и окажется в жесткой “связке”, которая может не отпускать много лет. А для того, чтобы “связка” держалась, нужно искажение реальности. Ведь никто в здравом уме не думает: “О, он похож на моего отца алкоголика, которого я так и не спасла, побуду я с ним следующие десять лет, тоже не спасу и двинусь дальше”. Никто так не думает. Поэтому, чтобы оставаться в таких отношениях, нам нужно исказить реальность.
Как мы можем искажать реальность? Например, девушка будет думать: “Я смогу его изменить”. Потому что в этом ее потребность — потребность в том, чтобы он изменился и стал другим человеком, и она наконец начала получать от него все то, чего так давно и страстно хотела.
И здесь появляется очередная иллюзия — “его никто изменить не смог, а я смогу, потому что я особенная, я такая добрая, я такая умная, я так много знаю на эту тему, я отправлю его на терапию, я его “вылечу”.
Как видим, происходит искажение реальности, а именно:
Искажение себя — вера в свою уникальность, способную изменить другого человека.
Искажение партнера
- он пьет, потому что у него трудности на работе или потому что у него тонкая душевная организация и он не может отказывать друзьям;
- он такой сильный и смелый, поэтому он “обматерил” на вечеринке, значит, сможет и меня защитить;
- это он с виду такой агрессивный, а внутри “теленок” с голубыми глазами, просто ему еще не нашлась нужная женщина для того, чтобы раскрыть его сердце, и это буду именно я;
- он не работает, потому что он непризнанный гений, которого еще не оценили и т.п.
Искажение контекста
- он всего лишь пять вечеров из семи приходит домой после полуночи, потому что у него такая работа, на которой принято засиживаться допоздна, а я ему доверяю;
- он только пиво пьет по восемь бутылок за вечер, но это ж не водка, а значит, он не алкоголик;
- не каждый день же он меня бьет, а только когда пьяный;
- мало зарабатывает, но я как жена должна его поддерживать и т.п.
Вся зависимость строится вокруг избегания чувств
И если я больше не хочу играть в эти игры, то мне придется принять и прожить то, что мои родители никогда не будут меня любить так, как я хочу, или что они никогда меня не поймут, или что я никогда не буду им нужна, или что папа всегда будет любить бутылку больше, чем меня…
Это болезненные чувства, и для того, чтобы выйти из зависимых отношений, мне придется с ними столкнуться и прожить. Иного способа нет. Другое дело, что нам кажется, что эти чувства нас убьют, а вот это не так. Нам кажется, что эта боль, которую мы испытаем при столкновении с этой реальностью, будет невыносима, но и это не так. Эта боль проживаема и она заканчивается. Ее легче проживать в процессе психотерапии с поддержкой специалиста.
Страх этой боли и является причиной развития любовных зависимостей
Проще строить зависимые отношения в надежде на то, что гештальт не придется завершать, что мне не придется с этими чувствами сталкиваться и я буду делать все, чтобы продолжать надеяться, что это возможно. Иначе потеря надежды лишит меня опоры. И это правда — на какое-то время лишит опоры, но это не смертельно, потому что опора иллюзорна.
Итак, для того, чтобы находиться в зависимых отношениях, мы искажаем реальность: восприятие себя, восприятие другого и восприятие контекста. И в этом искажении реальности мы теряем ощущение “нормы” и “не нормы” и начинаем считать, что норма — это то, что я выношу, т.е. если я могу это выдержать, значит, это нормально.
Для того, чтобы сформировать критерии нормы, нам необходимо опереться на реальность либо на контекст, который мы знаем — на то, что мы проживали с родителями. Если отец, например, бил мать, то нормой будет насилие в семье. И женщина будет это терпеть до тех пор, пока это выносимо, пока он, например, ей не отобьет что-то из органов. Критерий выносимости становится нормой:
- пока я зарабатываю на себя и детей, это нормально, что он не работает;
- пока он не вынес все из дома, это норма, что он таскает деньги из моего кошелька;
- пока он не слег с сердечным приступом, это норма, что он курит по три пачки сигарет в день и т.п.
Для ощущения нормы нужна еще опора на реальность, а реальность искажена.
Итак, для того, чтобы оставаться в зависимых отношениях, мы “цепляемся” за то, что было в наших отношениях в родительской семье. Мы “вклеиваемся” в это намертво, потому что это дает надежду на то, что мы сможем, наконец, завершить этот гештальт и не испытать боль от потери надежды. Для того, чтобы оставаться в таких отношениях, мы искажаем свою реальность, реальность партнера, наш контекст и теряем ощущение того, что нормально, а что не нормально.
Для того, чтобы понять, что происходит в реальности, нам нужно, как уже было сказано, отстраниться.
Итак, первое, что нужно сделать — отстраниться и посмотреть на ситуацию со стороны. Дать себе возможность назвать вещи своими именами: назвать пьющего — алкоголиком, тунеядца — бездельником, пропадающего на работе — трудоголиком, изменяющего — изменщиком и т.д.
Второе — вернуть себе право заботиться о собственной жизни в первую очередь.
Ведь зависимые отношения — это отношения, в которых мы в первую очередь вкладываем и не берем. Эти отношения требуют обслуживания партнера, постоянного решения его проблем. Зависимые отношения — это отношения самопожертвования в том плане, что ради этих отношений мы склонны жертвовать многим из того, что наполняло нашу жизнь до них.
Если я потребности и желания партнера ставлю на первое место, то в этом проявляется моя потребность быть нужной, т.е. я готова быть нужной за счет своих чувств, эмоций и желаний.
Потребность быть нужной берет свое начало в тех же родительско-детских отношениях, когда девочка подтверждение своей ценности не получала, не ощущала и когда ее нужность была единственным вариантом для того, чтобы родители обратили на нее внимание.
Обычно такое происходит в дисфункциональных семьях, где есть тот. кто пьет, изменяет, пропадает на работе и т.п. В таких семьях дети не получают сильные адресные эмоции, т. е. эмоции, которые направлены конкретно на ребенка — нежность конкретно на ребенка, радость конкретно на ребенка, восхищение конкретно на ребенка и т.д. В дисфункциональных семьях нет энергии для такой заботы о детях. и тогда дети получают сильные адресные эмоции одним из двух способов: становятся “проблемными” и получают раздражение и ненависть в свой адрес, либо они становятся нужными — мамиными помощницами, папиными любимицами. Это варианты, когда девочка проводит с отцом выходные в гараже, искажая реальность, что ей это нравится, или бежит после школы побыстрее домой, чтобы помочь маме с уборкой, или когда постоянно занимается примирением родителей, которые вечно ссорятся друг с другом. И таким образом она начинает получать хоть немножко того, что ей необходимо.
Эта потребность быть нужными сохраняется и в дальнейшем проявляется в том, что мы начинаем строить отношения не с теми людьми, которые нам интересны, а с теми, которым нужны мы.
Следует обратить внимание еще на одно искажение, которое имеет ключевое значение — это когда страх и боль принимают за влюбленность. Речь идет о чисто физиологическом “обмане”. Когда человек чувствует себя влюбленным, то у него возникают определенные ощущения в животе, иногда это называют “бабочки в животе”. Страх ощущается там же — в животе. Это разные по нюансам ощущения, но для человека, склонного искажать реальность и подавлять свои эмоции, эти тонкости в ощущениях становятся недоступными.
Например, девушка, которая рассталась с партнером три года назад, потому что он ее избил, случайно встречает его на улице и у нее внутри “все перевернулось”. Это сигнал про то что ей больно и страшно его видеть, но поскольку она склонна искажать реальность, то она может подумать: “О, да мои чувства к нему еще не остыли!”. Это кажется парадоксальным, что мы путаем страх и боль с влюбленностью, но если мы склонны к зависимости, то мы прекрасно умеем искажать реальность.
Вот на основе таких искажений в ощущениях отношения возвращаются в цикличность. Вот она ушла от него, вот у нее даже “ломка” прошла, вот она даже стала восстанавливаться и вот они снова встретились. Ей стало страшно и больно, она не хочет в это возвращаться, но у нее есть “незавершенный гештальт” и неосознанная потребность его завершить, и она думает: “О, мои чувства к нему не прошли, может, стоить все возродить и на этот 20-й раз все получится по-другому!?” И вот уже “старая песня о главном” снова в репертуаре…
Как уже было выше сказано, первое, что нужно сделать — это отстраниться, а второе — позаботиться о своей жизни.
Позаботиться о своей жизни — это:
- научиться слышать свои потребности;
- распознать свои настоящие эмоции и восстановить социальные связи, потому что человек, находящийся в зависимых отношениях, часто оказывается без друзей;
- восстановить способность себя защищать;
- вернуть возможность заниматься делом, которое вызывает интерес.
Если женщина решит больше в эти зависимые игры не играть, то ей нужен будет период реабилитации, и для восстановления ей нельзя оставаться одной, ей нужны социальные связи — люди, которые смогут поддерживать. Если она будет выходить из зависимых отношений, то она должна выходить в готовую реабилитационную среду. Потому что если она с ним порвала и осталась одна, то закономерный итог — вернуться назад, ведь она столкнется со своим страхом одиночества и ощущением ненужности. Поэтому важно создать среду, в которой можно полноценно жить в независимости от того, есть партнер или его нет — ведь теперь у меня есть любимая работа, верные друзья, которые меня поддерживают в любом случае.
И третье, что необходимо сделать — вернуться к избегаемой проблеме.
Зависимые отношения— это способ не решать проблему в отношениях с родителями, способ не замечать, что со мной происходит, когда я не в отношениях.
В глубине зависимых отношений лежит депрессия
Есть проблема, которая может быть связана со мной и моими отношениями с собой, или она может быть связана с моими родителями в ситуациях насилия, равнодушия, которые я переживала и мне больно с этим соприкасаться, невыносимо с этим соприкасаться и мне проще соприкасаться с тем, что приносят зависимые отношения. Если я избавлюсь от зависимых отношений, то я вынуждена буду вернуться к тому ядру переживаний, которые меня на эти отношения толкнули. Зависимые отношения могут быть адскими, но какими бы они ни были, они не так болезненны, как та проблема, от которой я в них убегаю.
Конечно, все это происходит на бессознательном уровне и имеет отношение к подавленным чувствам. В депрессивных состояниях человек чувствует себя подавленным, а значит, он что-то подавляет — некие чувства, некие переживания, с которыми он соприкасаться не может. Обычно это происходит из-за того, что в родительской семье его лишали права на эмоции. Бывает, это делают напрямую, например, запрещают девочкам злиться, а мальчикам плакать. А бывают более тонкие запреты. Например, мама выглядит расстроенной, ребенок подходит и спрашивает: “Что с тобой? Ты чего расстроилась?” Мама может ответить: “Нет, все хорошо. Тебе показалось, я не расстроена”. Такое проявление называется когнитивным диссонансом, когда то, что я вижу, и то, что я слышу, не соответствует одно другому — тут неправда либо одно, либо другое. Либо я ошибся в своих переживаниях, либо мама мне соврала. Что выберет ребенок? Конечно — я ошибся. А раз я ошибся, то я не буду больше это чувствовать. Послания для ребенка о том, что неправильно так чувствовать, что ты неверно увидел эмоцию — это запреты на эмоции, с которыми мы вырастаем и которые превращаются в целый комплекс подавленных чувств.
Эти подавленные чувства мешают нам разбираться в собственной эмоциональной сфере, мы вырастаем так, словно мы ничего не чувствуем. А когда мы ничего не чувствуем, мы ощущаем себя словно мы не совсем живые. Когда нам недоступна злость, например, то нам и радость мало доступна, поскольку невозможно подавить одну эмоцию, а другую нет — подавляется вся эмоциональная сфера.
Для того, чтобы чувствовать себя живым, нам нужны эмоции, а когда они подавлены, то для того, чтобы мы их ощутили, они должны быть очень сильными. И такими ощущениями как раз прекрасно обеспечивают зависимые отношения. Потому что уже с первого свидания, после которого я “зацепилась”, я уже могу переживать и думать о том, почему он не перезвонил, причем я буду переживать очень сильно!
Любовные зависимости могут нести смертельную опасность, поскольку уровень стресса в таких отношениях очень высокий — ведь только при “зашкаливающих” эмоциях человек может чувствовать себя “живым”.
Для того, чтобы исцелиться от зависимости, третье, что придется сделать — придется вернуться к своим подавленным чувствам. Это кажется сложным и болезненным, но только после этого происходит, что называется, возвращение адекватности в отношениях. Если прожить подавленные чувства, то гештальты завершаются, и больше нет необходимости выбирать партнеров, с которыми нужно это повторять снова и снова.
После исцеления женщину начинают уже интересовать партнеры, которые раньше казались скучными, потому что здоровый партнер сильных стрессовых эмоций не дает, он здоров — ему это не надо, он будет заботиться о спокойных, гармоничных отношениях. Зависимым же людям партнеры, которые готовы предоставить здоровые отношения, кажутся неинтересными, они говорят про них: “Всем хорош: и любит, и внимательный, но остроты нет — не возбуждает…”
Со здоровым человеком невозможно невротическое метание, которое позволяет выполнять важную функцию — активировать подавленные чувства. Но со здоровым человеком возможно получать удовольствие от отношений, а не бесконечно работать над ними.
Итак, зависимые отношения — это “вишенка на торте”, это “верхушка айсберга”, а в основе лежат подавленные чувства и эмоции, которые возникали в отношениях с ближайшим окружением в детстве. И возвращение к этим внутренним чувствам (которые мы много лет пытались избегать) и, наконец, проживание их делает нас свободными от любых зависимостей, в том числе любовных.
(В статье использовались материалы из лекций А. Долгановой)
Main photo by Toa Heftiba
![Татьяна Ходакова](https://www.coffeetimejournal.com/wp-content/uploads/2024/04/tatyana-hodakova-150x150.jpg)
Татьяна Ходакова
Практический психолог
Интегративный подход